Неточные совпадения
— Обнаружен весь механизм нашего общественного движения, и все в поэтических красках. Все пружины тронуты; все ступени общественной лестницы перебраны. Сюда, как на суд, созваны автором и слабый, но порочный вельможа, и целый рой обманывающих его взяточников; и все разряды падших женщин разобраны… француженки, немки, чухонки, и всё, всё… с поразительной,
животрепещущей верностью… Я слышал отрывки — автор велик! в нем слышится
то Дант,
то Шекспир…
Она с простотою и добродушием Гомера, с
тою же
животрепещущею верностью подробностей и рельефностью картин влагала в детскую память и воображение Илиаду русской жизни, созданную нашими гомеридами
тех туманных времен, когда человек еще не ладил с опасностями и тайнами природы и жизни, когда он трепетал и перед оборотнем, и перед лешим, и у Алеши Поповича искал защиты от окружавших его бед, когда и в воздухе, и в воде, и в лесу, и в поле царствовали чудеса.
Этот центральный вопрос онтологии платонизма, вставший в средневековом споре номиналистов и реалистов, приобретает теперь снова, если не по форме,
то по существу,
животрепещущий философский интерес.
То было одно из многочисленных доморощенных произведений, в которых начитанные, но бездарные авторы отборным, но мертвенным языком, прилежно, но неуклюже проводили какую-нибудь «глубокую» или «
животрепещущую» идею, представляли так называемый трагический конфликт и наводили скуку… азиатскую, как бывает азиатская холера.
— Государь выйдет на балкон! — снова пронеслось
животрепещущей вестью в народе. И теснее сдвинулись его и без
того тесные ряды. Высоко, в голубое пространство уходила гранитная Александровская колонна — символ победы и славы могучего русского воинства. Как-то невольно глаза обращались к ней и приходили в голову мысли о новой победе, о новой славе.
Мы чувствуем, что читатели уже недовольны нами за
то, что мы так долго останавливаем их внимание на предмете, не имеющем ни малейшего соотношения ни с одним из
животрепещущих вопросов, волнующих современное общество.
Эта полная,
животрепещущая дама, которой, как греческого огня, боялись все почтальоны и которой больше всех боялся ее муж, зашла в своей расположенности к многополезному Пизонскому до
того, что вменила мужу в непременную обязанность дать Пизонскому место при почтовой конторе.
Граф устал говорить,
тем более что спутник его ничего ему не возражал, а только молча с ним соглашался и обводил глазами квартиру прелестной дамы в фальшивом положении. Как большинство всех дачных построек, это был
животрепещущий домик с дощатыми переборками, оклеенными бумагой и выкрашенными клеевою краскою.
Он увидит много
того, чего не видит человек, находящийся в самом омуте, раздражительный и чувствительный к
животрепещущим интересам минуты.